Как и почему «Форсаж» стал культом


Как и почему «Форсаж» стал культом

«Форсаж» — удивительный киноцикл. Каждая новая часть проходит через судилище прессы, во время которого всякий (ну, почти) кинокритик считает своим долгом всадить в картину столько шприцов с хлоридом калия, чтобы до каждого читателя дошло: «Форсаж номер Х» — это плохое кино. В ничем не завуалированной глупости франшизу обвиняют и зрители, даже те, которые никогда не отдавали предпочтение «умным» лентам. Да и сама картина не скрывает, что она, по сути, — эксплотейшен, только дорогой, умытый и заламинированный. Так как же франшиза ухитрилась продержаться 16 лет?

Многие другие киноциклы выдохлись на наших глазах, а «Форсаж» не только не думает заканчиваться, но и разрастается спин-оффами. Армия поклонников продолжает расти, а суммарный бокс-офис выводит фильмы о Доминике Торрето сотоварищи в топ-10 самых прибыльных кинофраншиз, позволяя задвинуть «Людей-Икс», «Пиратов Карибского моря», «Трансформеров» и прочие «Голодные игры». Как?! Если вы хоть раз задавались этим вопросом, то добро пожаловать в клуб. Заводите свой V8 (или что у вас там под капотом), и в путь.

Спящий гигант

Самый первый «Форсаж» вышел в 2001 году. Ему на роду было написано стать обычным летним боевичком, не обремененным лучезарными надеждами. Ну, сами посудите: в режиссерском кресле — Роб Коэн, постановщик крепкой и незатейливой жанровой продукции.

Бюджет — 35 миллионов, что по меркам боевика достаточно прижимисто. В первых рядах — сплошь второсортные имена: за плечами у Вина Дизеля была лишь «Черная дыра» (культовая картина, но не козырная карта), Пол Уокер вообще слыл ноунеймом, которого одни знали лишь по «Черепам» того же Коэна, а другие помнили еще со школьных времен на подпевках в «Это все она» или «Студенческая команда». А Мишель Родригес и ныне не слишком балуют главными ролями.

Однако «Быстрые и яростные» (в кои-то веки локализованное название звучит краше оригинального) стали спящим хитом: стритрейсинговые покатушки собрали почти 145 миллионов долларов в родных США, а мировой прокат довел эту сумму до $207 млн Какого черта?

Как всегда, главное — оказаться в нужное время в нужном месте. Для «Форсажа» время было идеальным, и связано это с так называемой культурой тюнинга. На Восточном побережье тюнинг (то, что сейчас называют «колхозом») благоденствовал (и вообще был в тренде) и начал проникать в «Среднюю Америку». Сейчас уже тяжело распознать, что было раньше: курица или яйцо. То есть факт: почти каждый второй (условно) паренек хотел прицепить спойлер размером с кофейный столик к старой папиной Honda Civic и вполне мог это сделать за пару сотен денег. Но была ли это реальность, повлиявшая на фильм, или же «Форсаж» стал отправной точкой для модной фишки — большой вопрос.

В любом случае тема квотерных заездов на стареньких «сивиках» да «супрах», напомаженных и так, и эдак, да еще и с горячими девушками, да еще и с классическим Dodge Charger 70 года, да еще и с тремя буквами NOS, недвусмысленно намекающими, что владелец оснастил свое «ведро» системой впрыска закиси азота, выстрелила. А вокруг этих хайповых образов витал дух бунтарства, безошибочно считываемый любым подростком. Он не случаен: вплоть до сегодняшнего дня Торрето и его кодла — антигерои, которые не в ладах с законом и живут по собственным правилам.

Но мы забегаем вперед — в первом «Форсаже» Дом, Летти и другие — самые настоящие преступники, но их кодекс поведения и стиль жизни столь притягательны, что даже агент ФБР начинает колебаться (а когда на чаше весов уютно устраивается Миа Торрето, моральные ценности Брайана О'Коннора падают оземь дохлыми поденками). И в первом фильме этот дух сопротивления, бунтарства, альтернативы ощущается сильнее всего.

Как и почему «Форсаж» стал культомКадр из фильма «Форсаж»

Яркая картинка в сочетании с импонирующим посланием, бодрый и эклектичный саундтрек (хип-хоп исполнители вроде Ja Rule, Scarface и Petey Pablo мирно уживались с более тяжелыми бригадами Molotov, Dope и Saliva) вкупе с трендовым стритрейсингом засияли лампочкой, слишком яркой, чтобы зрители-мотыльки могли ей противостоять. И причины не только в этом.

Вин Дизель умеет лицедействовать, но лучше всего ему удается один и тот же образ. Этот образ настолько подкупает, что его продают под разными именами в совершенно не связанных друг с другом фильмах.

Здоровенный бритоголовый детина с приятным глазу лицом и рокочущим голосом, который может и путающимся под ногами недругам напихать, и мозгами в сложной ситуации пораскинуть. Персонаж постоянно живет на грани, но это его ничуть не расстраивает, а в любой непонятной ситуации он принимается сыпать one liner'ами либо инфернального характера, либо в духе хардкор-панка (главное — это семья и братюни).

Таким был Ричард Б. Риддик (Дик Риддик — странное имя для антигероя, но сработало), таким был Ксандер Кейдж, и таким был и есть Доминик Торрето. Удивительно, но личина Вина Дизеля придает пустому, картонному образу почти каменную монолитность, а его животная харизма позволяет обходиться без серьезных вызовов актерским способностям.

Не важно, сидит ли Дизель за рулем «чарджера» или просто стоит у барбекюшницы — месседж доходит сразу и без слов: перед вами — крутой чувак. На его фоне достаточно деревянный Пол Уокер и его антихаризма смотрятся очень бледно, но и этот контраст «Форсаж» ухитряется обратить себе во благо.

Все вышеперечисленное, залитое в 106-минутную хромированную форму боевика, подарило зрителю именно то, в чем тот так нуждался. И скромный единичный экшен постепенно превратился в гигантскую франшизу. В струю попал не только «Форсаж»: активно игравший на трендовых настроениях Need For Speed Underground получил такой фидбек, что задал тон аркадным гонкам на несколько лет вперед: «заколхоженные» европейские и американские рабочие лошадки (вместо премиум— и спорткаров) гоняются по улицам мегаполиса с такими же лихачами.

Пауэрслайд или дрифт?

Через два года вышел сиквел «Форсажа» с дегенеративным названием 2Fast 2Furious, из-за которого Вин Дизель отказался возвращаться к роли Доминика (на самом деле актер просто запросил сказочных размеров гонорар). У картины в два раза увеличился бюджет, а вся ответственность легла на Пола Уокера и Тайриза Гибсона.

Отсутствие Торрето сильно сказалось на сюжетной части картины, однако это не помешало ей набить превосходную кассу. А главное — именно в сиквеле можно увидеть намеки на то, во что превратится франшиза в будущем. Дрэг-заезды исчезли из повествования, а на их место встала не отличающаяся свежестью история о том, как два друга пытаются прижать наркобарона не совсем обычными способами.

Как и почему «Форсаж» стал культомКадр из фильма «Двойной форсаж»

Поскольку Вин Дизель из проекта выбыл, Роб Коэн почуял, что без него каши не сваришь, и также самоустранился. Режиссером назначили Джона Синглтона — не последнего в Голливуде человека, который свою кинематографистскую деятельность начал с «Парней с улиц» и тут же чуть было не отхватил два «Оскара» за сценарий и постановку, но не свезло.

От такого человека можно было смело ожидать каких-то интересных ходов и авторского визуала. Однако Синглтон постарался выдержать «Двойной форсаж» в духе оригинала, и если вы не подсматривали в титры, то ни за что не угадаете имя режиссера. Это, кстати, стало еще одной фишкой киноцикла: кто бы ни стоял за штурвалом, общая стилистика и атмосфера всегда важнее личного видения режиссера. Отдельные детали, безусловно, добавляются, но в целом тут действует принцип «часть команды — часть корабля». Поэтому в сиквеле разъезжает все та же восьмицилиндровая классика («Камаро» 69-го и «Челленджер» R/T 70-го) да модные рисовозки от Mitsubishi — Eclipse Spyder и Lancer Evolution.

А чтобы зритель не заскучал без Марка Винсента (настоящее имя Дизеля), ему добавили юморесок, за которые тут в ответе нелепый персонаж Тайриза Гибсона и известный рэпер Лудакрис. И, разумеется, автомобили без девушек — деньги на ветер (только Робу Зомби не говорите), так что вместо боевой и суровой Мишель Родригес и амбивалентной Джорданны Брюстер в каст вошли обтекаемая Ева Мендес и Девон Аоки с внешними данными жительницы Юпитера.

Критики снова расчехлили старые оскорбления вроде «идиотизма» и «целлюлозы», фильм снова хорошенько поработал в прокате (236 миллионов долларов), а продюсеры снова заговорили о продолжении. И вот тут начинаются странности.

По всем приметам, «Токийский дрифт» должен был отправить франшизу на DVD и похоронить все помыслы о сборах и особняках в престижных районах Калифорнии. Из триквела ушли все знакомые нам герои и солнечные локации Лос-Анджелеса. Действие переместилось в экзотическую Японию, с которой у большинства американцев нет никаких точек соприкосновения, а на главную роль взяли самого спорного актера (круче был бы только Джесси Айзенберг) — Лукаса Блэка.

Когда его персонаж Шон Босвэлл со своими невинными глазками и улыбкой Гомера Кучи выходит из тачки, символизируя первого парня в Эдо, — это неописуемо смешно. Да и весь скрипт откровенно смешон.

Как и почему «Форсаж» стал культомКадр из фильма «Токийский дрифт»

Хотя «Токийский дрифт» принято ругать даже в среде фанатов «Форсажа», кино цепляет двумя моментами. Во-первых, это собственно дрифт. Лихие соревнования по управляемым заносам — давнишнее развлечение японских нелегальных гонщиков, и в Америке его распробовали еще в 90-х.

Однако Голливуд долгое время на ниппонскую забаву смотрел с подозрением, и триквел франшизы — первая картина, раскрывающая широкой публике эту автодисциплину. Он совершенно не похож на привычный для янки дрэг, а неизвестное всегда провоцирует дополнительный интерес.

Второй момент — это Джастин Лин, который после «Токийского дрифта» оккупирует режиссерское кресло на целых три продолжения. Именно ему фильм обязан сочными съемками гонок, возможно, одних из лучших во всей франшизе. Вот только CGI-заезд по серпантину несколько смазывает впечатление, но в остальном Лин провел потрясающую работу по части визуализации и, главное, донесения до зрителя ощущений во время дрифт-заездов.

На этот раз «Форсаж» не отделался лишь оплеухами от представителей прессы: триквел бесславно провалился в американском прокате. Мировой прокат и сборы с DVD подсластили пилюлю, однако это были явно не те цифры, которые продюсерам хотелось бы видеть. Но отступать было уже поздно: Вин Дизель подтвердил свое участие в четвертой части, заодно заполучив продюсерские вожжи, и даже изобразил небольшое камео в «Токийском дрифте».

Gipfelstürmer

А что было дальше, вы знаете. Вышли четвертая, пятая, шестая, седьмая и, наконец, восьмая части «Форсажа». И чем выше был порядковый номер, тем больший размах приобретали события. Команда помимо знакомых и для многих уже родных персонажей пополнялась свежей кровью. Франшиза, раскручивавшаяся с не самых востребованных актеров, стала вербовать звезд первой величины (Курт Рассел, Шарлиз Терон, Дуэйн Джонсон, Джейсон Стэтэм, Джимон Хонсу), а также просто известных или потенциально интересных личностей: хип-хоперша Игги Азалия, обаяшка Люк Эванс, главная звезда тайских боевиков Тони Джаа, MMA-боец Ронда Раузи, Эльза Патаки, Скотт Иствуд (родной сынок того самого), проклятие человечества в лице Дона Омара и другие мальчишки и девчонки.

У режиссерского штурвала на разок встал Джеймс Ван, который больше других знает, как нужно делать долгоиграющие и прибыльные франшизы; ко всеобщему угару австралийский кинематографист добавил нотки апокалиптического пафоса. Размах и градус неадеквата росли в арифметической прогрессии, и к восьмой части достигли уровня кэмпового мексиканского эксплотейшна, в котором кэмповость заменили бюджетом в четверть миллиарда.

И, пожалуй, именно «восьмерке» удалось идеально скрепить все воедино: актерский капустник не раздражает, отсылки легко считываются, отдельные сцены действительно впечатляют, а намеренный идиотизм смотрится весело (как можно сдержать улыбку, когда агент Хоббс головой разбивает шлем спецназовца и таким образом вырубает его?). А гибель Пола Уокера лишь добавила обсуждаемости и внимания проекту. Масштаб франшизы уже с трудом укладывается в рамки гротеска, и посему шуточки в духе «а следующий „Форсаж“ будет в космосе?» не совсем шуточки: нужно же как-то затмевать бой мускулкара с танком на шоссе и гонки «Ламбы» с атомной подводной лодкой.

Как и почему «Форсаж» стал культомКадр из фильма «Форсаж 8»

Упомянутых ранее причин для культовости «Форсажа» было бы вполне достаточно, но читатели, добравшиеся до этой точки, заслуживают хотя бы подобия резюме. О’кей, будет вам!

Если оставить за скобками удачное время выхода оригинальной картины и взять всю серию в целом, то можно выделить следующее.

Привлекательный контент

Мальчики любят быстрые и мощные автомобили, которых тут навалом. Есть спорткары для комплексующих, мускулкары для поклонников классики и даже концепткары для тех, кому подавай птичьего молока. Фансервис в виде полуобнаженных и горячих альфа-самок в наличии.

А для девочек припасены симпатичные и/или мощные мужчины на любой вкус и расцветку. Смысла в этом ни на грош, но глаз-то радуется.

Вечные темы

«Форсаж» построен из автомобилей лишь наполовину. Его вторая часть — это бромантика. Кореша, которые настолько близки, что их называют семьей, — это вечная тема, воспеваемая и рэперами, и хардкор-панк группами. Она будет актуальна всегда, и в этой франшизе ее суют в кадр каждые минут 15.

Кроме того, сценаристы не забыли и амурные вопросы. Любовные треугольники образуются и рушатся, а сложности в отношениях хоть и окружены околокриминальными декорациями, но не сильно отличаются от того, через что проходит любая крепкая пара. Как остепениться с рождением ребенка, но при этом не наступать ботинком на горло собственных мечтаний? Как достичь баланса в связке «свобода — забота»? Как вообще строить отношения, когда весь мир орет тебе в уши «НЕ СЕЙЧАС»?

Атмосфера

О, этот параметр делает очень многое. Вы заметили, что за всепоглощающей глупостью киноцикла скрывается совсем детская экзальтированность? Что все это напоминает сказку, в которую подмешали эндорфинов и тестостерона? Нелепость ситуаций свидетельствует не о непродуманности скрипта. Это не упущение в угоду зрелищности, это намеренное нарушение законов физики и логики. Ради чего? Ради вот этих вот позитивных ощущений. Мир «Форсажа» — как мир раннего «Гарри Поттера»: там есть и негодяи, и трудности, и даже некое подобие моральной дилеммы, но при этом он все равно простой и уютный, а в конце автомобили нужных персонажей заедут в гараж, а на столе будет горячий барбекю и холодная «Корона».

Все еще не верите? Посмотрите внимательней на героев. Они же практически мультяшные. Вот возьмите Люка Хоббса. А теперь найдите хоть одну сцену, где он не потеет. Как Дональд Дак не может не брюзжать, так и агент Хоббс не может не потеть, это его фишка. Или сцены на военной базе из «Форсажа 8»: если внимательно приглядеться, то можно заметить дом № 4 с крупной надписью под крышей — БОЕПРИПАСЫ. Только приписки ACME не хватает. И так во всем. Машины могут очень реалистично рычать, но весь экшен — сказочно-мультипликационный, этому фильм и обязан своей атмосферой.

Как мы видим, дело не в сексуализации тачек, не в ассоциировании себя с героями («Интересно, а как быстро я могу разогнать эту «Цивку»»?), не в яркой картинке и не в недостаточном количестве фильмов для автофетишистов, хотя и эти элементы играют свою роль. Дело в том, что «Форсаж» дает людям то, чего не могут дать другие, и даже ценители картин посерьезнее и киноманские снобы дома, втайне от друзей и родных, смотрят свежую часть «Форсажа». Виноватое, но удовольствие. И даже если Торрето отправится творить беспредел на Фьюри-161 или LV-426 — что ж, да будет так. Ведь главное — это не собранные миллионы, а семья. И, похоже, он и сам в это верит. И Доминик Торрето, и Вин Дизель. А вы, главное, не повторяйте увиденное дома: мамин Suzuki Swift для этого не годится.

Rambler

На забудьте поделиться страницей в соц. сетях...



Смотрите также:


Проверьте также

Twitter назвал самые обсуждаемые фильмы и сериалы года

Комментарии Наряду с прочими платформами итоги года подвела социальная сеть Twitter, проанализировав статистику упоминаний фильмов и сериалов ...

Добавить комментарий

Регистрация или вход через :